Главная Стиль жизни
Остров Возрождения: Как в СССР создавали и хоронили биологическое оружие

Во время холодной войны остров был сверхсекретным полигоном для испытания смертельных супербактерий. О нем забыли еще 20 лет назад, но его страшное наследие продолжает жить.

На казахско-узбекской границе, окруженной километрами токсичной пустыни, лежит остров. Или то, что от него осталось.

Когда-то на острове Возрождения кипела жизнь: в окаймлении бирюзовых лагун располагалась живописная рыбацкая деревушка. В те далекие годы в Аральском море было много рыбы, а само оно было четвертым в мире по величине

Но за много лет безжалостной экспуалации оно высохло и превратилось в пустыню. Впадавшие в него реки были повернуты вспять для орошения хлопковых полей Советского союза. Слой соленого песка, отравленный канцерогенными пестицидами — вот и все, что осталось от древнего оазиса. В этих песках столбик ртутного термометра не опускается ниже 60°С, а единственные признаки застывшей жизни — скелеты сухих деревьев и верблюды, отдыхающие среди покинутых лодок.

Остров Возрождения впитал в себя так много вод умирающего моря, что стал в 10 раз больше и из острова превратился в полуостров. Он сильно изменился, но и по сей день остается одним из самых смертоносных мест на планете.

Еще с 1970-х остров связывали с рядом зловещих инцидентов. В 1971 году молодая научная сотрудница тяжело заболела после того, как ее исследовательское судно «Лев Берг» прошло сквозь завесу бурого тумана. Через несколько дней поставили диагноз: оспа. Странно, ведь ей делали прививку от оспы. Она поправилась, но эпидемия пошла дальше, в ее родной город. Заболело девять человек, трое из них погибли — в том числе ее младший брат.

Год спустя в тех же окрестностях были найдены трупы двух рыбаков в лодке. Эксперты считают, что они заболели чумой. Вскоре после этого в сети местных стали попадать целые стаи мертвой рыбы. Почему вымирала фауна, никто не знал. Затем, в мае 1988 года, буквально в одночасье погибло 50 тыс. сайгаков, которые паслись на просторах соседней степи.

Остров надежно хранит свои тайны — отчасти потому, что туда не так-то просто попасть. С тех пор как в 90-х годах остров Возрождения был заброшен, сюда снарядили всего несколько экспедиций. Ник Миддлтон, журналист и географ Оксфордского университета, посвятил острову документальный фильм 2005-го года.

«Я примерно представлял, что там творится, поэтому прихватил в нашу команду парня из бывших британских военных. Он ввел нас в курс дела и рассказал о потенциальных угрозах. Честно говоря, я испугался до чертиков».

Остров Возрождения: Как в СССР создавали и хоронили биологическое оружие

Этим экспертом оказался Дейв Батлер. «Многое могло пойти не так», — говорит он. Батлер решил перестраховаться и за неделю до похода посадил всю команду на антибиотики. Он также одел их в противогазы с высокотехнологичными фильтрами, толстые резиновые сапоги и белые защитные комбинезоны, как у криминалистов.

Это не было паранойей. На кадрах, сделанных ЦРУ с воздуха в 1962 году, видно, что вместо причалов и рыбацких хижин, как на других островах, здесь разместился стрелковый ряд, казармы и учебный полигон. Помимо этого были обнаружены исследовательские лаборатории, клетки для животных и открытая площадка для испытаний. Остров был превращен в военную базу самого опасного типа: полигон испытаний биологического оружия.

Проект был строго засекречен, его не было даже на советских картах, но знающие люди называли его «Аральск-7». С годами это место превратилось в оживший кошмар: антракс (он же сибирская язва), чума и оспа окутали остров смертельным туманом, а возбудители экзотических заболеваний вроде туляремии, бруцеллеза и тифа выпадали в осадок и просачивались в песчаную почву.

Остров был хорошо изолирован, поэтому его обнаружили только в XIX веке — и он представился идеальным местом для сокрытия темных дел от глаз западной разведки. Окружающее остров море обеспечивало ему естественный ров.

Эти факторы привели к тому, что остров Возрождения выбрали в качестве последнего места захоронения крупнейшего запаса сибирской язвы в истории человечества. Его происхождение остается неясным, но вполне возможно, что смертельный запас был изготовлен недалеко от города Свердловска, ныне Екатеринбурга.

«Аральск-7» был частью программы разработки биологического оружия в промышленном масштабе: в ней было задействовано более 50 тыс. человек на 52 производственных объектах Союза. Сибирскую язву ферментировали в огромных чанах, как пиво.

В 1988 году, спустя девять лет после утечки спор антракса из военного городка № 19, от которой погибло по меньшей мере 105 человек, советские власти наконец решили избавиться от синтезированного вируса. Сибирскую язву смешали с хлоркой в огромных чанах и транспортировали в город-порт Аральск на берегах Аральского моря (сейчас его географическое положение изменилось — он удалился на 25 км вглубь материка). Там их погрузили на баржи и отбуксировали на остров Возрождения. Сто, а то и двести тонн раствора сибирской язвы в спешке сбросили в ямы и забыли о них.

Большую часть времени бактерия антракса живет в спорах и пребывает в неактивной форме — так она способна выжить и в дезинфицирующем растворе, и при нагревании до 180°С в течение двух минут. В земле же споры могут жить сотни лет.

Остров Возрождения: Как в СССР создавали и хоронили биологическое оружие

Совсем недавно, в 2016 году, на Крайнем Севере России от сибирской язвы скончался 12-летний мальчик. В результате вспышки были госпитализированы 72 человека из кочевого племени ненецких оленеводов, в том числе 41 ребенок. Погибли тысячи оленей. Вероятно, все началось с того, что из-за потепления оттаяла зараженная туша северного оленя, которая лежала подо льдом по меньшей мере 75 лет.

Как и следовало ожидать, усилий СССР было недостаточно. Спустя долгие годы после распада Союза, на фоне случаев эпидемии в Токио и новостей о глобальной программе биоиспытаний в Ираке возникли опасения, что террористы или правительства стран, игнорирующих международные законы, могут каким-то образом получить доступ к биологическому оружию. Поэтому правительство США направило своих специалистов для проведения исследований.

Точное место захоронения сибирской язвы было неизвестно, но найти его оказалось несложно. Ямы были настолько огромными, что их было видно даже на спутниковых снимках. В нескольких образцах почвы были обнаружены жизнеспособные споры, и США объявили тендер на 6 млрд долларов по очистке острова.

Рядом с ямами нужно было вырыть глубокую траншею, проложить ее пластиком и поместить туда тонны мощного дезинфицирующего порошка. Все, что требовалось от команды, это одеть костюмы химзащиты и перекинуть несколько тонн загрязненной почвы в эту траншею при температуре 50°С. В проекте приняли участие 100 местных рабочих, которые трудились четыре месяца.

Сработало. На шестой день прогревания в отбеливателе споры были уничтожены. Но это еще был не конец. Пятьдесят лет испытаний на открытом воздухе привели к заражению не только полигона, а целого острова.

Что примечательно, есть похожее место, чуть более удобное, чем степи Средней Азии — Грюинард, небольшой остров недалеко от побережья Шотландского нагорья. С 1942 по 1943 год там располагался эпицентр программы испытания британского биологического оружия. В ходе испытаний овец помещали в загоны, а затем подвергали их воздействию больших доз сибирской язвы. Один раз ее взорвали над островом; в другой — сбросили с самолета.

Остров Возрождения: Как в СССР создавали и хоронили биологическое оружие

Овцы начинали умирать через три дня. «Сразу понятно, что животное умерло от антракса. Достаточно увидеть раздутую тушу с кровоизлияниями», — говорит говорит Лес Бэйли, международный эксперт по антраксу из Кардиффского университета. После этого тушки тщательно уничтожались. Всего один эксперимент привел к тому, что остров стал таким загрязненным, что усилия по его очистке потерпели неудачу и были заброшены.

Единственными, кто осмелился через полвека ступить на зараженную территорию Грюинарда, были ученые с базы Портон-Даун и два брата с материка. Каждый год они надевали защитные костюмы, садились в лодку и 10 минут плыли до острова, чтобы перекрасить предупреждающие знаки.

Образцы почвы, взятые в 1979 году, показали, что спустя почти сорок лет на грамм почвы все еще приходилось от 3 000 до 45 000 спор. Предложения по борьбе с «зараженным чудовищем» включали в себя разные меры — от тотального бетонирования до срезки верхнего слоя почвы и последующего сброса в район Северной Атлантики.

В конце концов, каждый миллиметр острова площадью в 1,96 кв. км обработали 280 тоннами раствора формальдегида и морской воды. В 1990 году остров объявили безопасным. Сегодня к нему можно с легкостью добраться по воде, правда для начала придется убедить кого-нибудь отвезти вас туда на лодке.

Но вернемся к острову Возрождения. К счастью, попасть на него, в отличие от Грюинарда, не так-то просто. Для этого Миддлтону, Батлеру и их спутникам потребовалось проехать сквозь весь Казахстан до деревни Койиланди. План заключался в том, чтобы заручиться поддержкой нескольких гидов, нанять лодку и пересечь Аральское море. Естественно, местные жители не горели желанием совершать прогулки по кошмарному острову. В итоге на выручку пришли, как это не странно, мародеры. Они помогли команде переправиться на остров на лодках.

Когда они достигли цели, то увидели, что база на Возрождения была поделена на две части: город Кантубек, где жили ученые со своими семьями, и лабораторный комплекс примерно на 3,2 км южнее.

Остров Возрождения: Как в СССР создавали и хоронили биологическое оружие

«Даже когда мы добрались до острова, пришлось еще немало топать до самой базы, — говорит Батлер. Команда прибыла из Казахстана, потому что получить визу в Узбекистане оказалось сложно — хотя именно там и находится база. Островную пустыню одетые в химзащиту члены команды пересекли на мотоциклах. Карт ни у кого не было. „Ориентировались по солнцу“, — поясняет Батлер.

Сегодня Кантубек — это ветхий город-призрак, в котором призраки былой жизни контрастируют с повисшей в воздухе угрозой. В домах, столовых и школах висят портреты военачальников, стоят книги Маркса и Ленина. То тут, то там можно увидеть ржавые танки. „Не слышно ни птиц, ни насекомых — вокруг полная тишина“, — рассказывают члены команды.

Местные стремились как можно скорее уехать с острова, поэтому времени у исследователей было немного. Они выдвинулись на поиски лабораторного комплекса. „Нас отвели к воротам и сказали, что подождут снаружи. Они не хотели даже заходить туда“, — рассказывает Батлер. Полевая научно-исследовательская лаборатория (ПНИЛ) оказалась пугающим местом.

Миддлтон говорит: „В исследовательском комплексе царил бардак — будто ученые просто все бросили и ушли. Вдоль стен выстроились большие стеклянные резервуары токсичных веществ, на полу валялись сотни тысяч разбитых стеклянных ампул, пипеток и чашек Петри. Повсюду костюмы защиты в комплекте с масками и воздушные шланги. Мы будто оказались героями постапокалиптической компьютерной игры“.

Батлер был начеку и попросил команду на всякий случай надеть противогазы с фильтром. „В здании отрава накапливается“, — поясняет Батлер. Помимо сибирской язвы, в воздухе было распылено облако канцерогенного формальдегида.

Ощущение, что все под контролем, длилось недолго. „Мы пробыли там 15 минут, и баллоны с кислородом начали выдыхаться“, — говорит Батлер. Когда воздушный фильтр перегружен, первый сигнал тревоги — это посторонний запах. — Такое может произойти, если сталкиваешься с действительно ядовитым промышленным химикатом».

Остров Возрождения: Как в СССР создавали и хоронили биологическое оружие

Батлер предпринял дополнительные меры предосторожности: он взял мазок из носа каждого участника экспедиции для проверки на наличие спор антракса. У него были причины для беспокойства. От способа инфицирования зависит то, как именно зараженный умрет. Когда споры попадают в организм, первыми на вторжение реагируют лимфоузлы. Затем споры раскрываются, делятся и в конечном счете попадают в кровоток. Это приводит к обширному повреждению тканей и внутреннему кровотечению. Весь процесс может тянуться несколько месяцев, но в итоге восемь из десяти больных умирают.

«Пожалуй, это идеальное биологическое оружие, — говорит Талима Пирсон, биолог Университета Северной Аризоны. Он помог проанализировать штамм, который вызвал вспышку в Свердловске. — Вероятно, они извлекли его из дикой природы». (Ученые собирали природный вирус, выделяли и культивировали нужные характеристики, а затем выращивали бактерии в промышленных количествах.)

10 апреля 1972 года три страны-участницы противостояния (СССР, США и Великобритания) подписали Конвенцию о запрете биологического оружия. Именно в этот момент Советский Союз запустил свою самую страшную программу. Отныне биологическое оружие будет не просто использоваться, но и разрабатываться благодаря достижениям молекулярной генетики.

Остров Возрождения: Как в СССР создавали и хоронили биологическое оружие

В том числе был выведен особенно страшный штамм сибирской язвы, который в научной среде носит название СТИ. Он устойчив к большинству антибиотиков, включая пенициллин, рифампин, тетрациклин, хлорамфеникол, макролиды и линкомицин. Но прелести штамма этим не ограничиваются.

Ученые решили, что вируса обычной сибирской язвы уже недостаточно и этого природного убийцу можно усовершенствовать — поэтому в его состав ввели токсины, способные разрывать эритроциты и заставлять ткани гнить. Ученые позаимствовали гены у «родственника» антракса Bacillus cereus и смешали их с оригинальным вирусом, используя новейшие научные методы.

На природе споры антракса обычно живут группами, которые не всегда могут проникнуть в ноздри и привести к заражению. Поэтому в СССР их измельчали с помощью промышленного оборудования. Конечный результат был всего пять микрометров в длину — это в 30 раз меньше толщины человеческого волоса.

«Идеальный размер для вдыхания», — говорит Батлер.

До того, как команда отправилась на базу, Батлер соорудил пляжную зону дезинфекции — по сути, просто раковину под открытым небом, возле которой разложил антибактериальное мыло. По возвращении каждый член команды должен был снять всю одежду, тщательно намылиться и смыть всю грязь. «Нужно было убедиться, что споры не проникли в, кхм, волосистые части тела», — говорит он.

К счастью, взятые у команды мазки вернулись чистыми. Повезло и мародерам, которые отказались от защитного снаряжения. Сегодня сибирская язва на острове Возрождения продолжает жить в почве.

Но что насчет таинственных вспышек эпидемий в 70-х и 80-х годах? Сейчас уже известно, что «Лев Берг» попал в облако «боевой» оспы, которая незадолго до того разошлась по всему острову. Советские власти замяли инцидент, во многом по решению начальника КГБ Юрия Андропова, который позднее занял пост председателя КГБ при Совете министров СССР. Никто не знает наверняка, какой именно штамм вызвал заражение, но, по мнению вирусолога Альбертского университета в Канаде Дэвида Эванса, это, скорее всего, был India-1967.

«Мы знаем это, потому что именно этот штамм секвенировали в СССР, — говорит Эванс. — Советские ученые использовали старомодный метод, в котором задействовано огромное количество клеток ДНК, поэтому имело смысл именно этот штамм впоследствии использовать как оружие».

Этот крайне опасный штамм был впервые выделен из крови индуса, который приехал в Москву в 1967 году. Вакцинированные против него заражались по двум причинам: либо вакцина была недейственна, либо доза была слишком высока.

Остров Возрождения: Как в СССР создавали и хоронили биологическое оружие

«Советскую вакцину постоянно критиковали — возможно, она была неэффективной, — говорит Эванс. — К тому же, любой вирус в крайне высоких дозах может проломить иммунитет». При отсутствии вакцины India-1967 становится невероятно серьезной угрозой.

Может ли остров представлять опасность сегодня? «Все уже давно чисто», — уверяет Эванс. В России недавно вскрыли место захоронения жертв эпидемии оспы в Сибири — их могилы были обнаружены под слоем вечной мерзлоты. Хотя их тела были заморожены в течение 120 лет, ученые не нашли сам вирус — только его ДНК.

Эванс работает над вакциной для похожего вируса, который вызывает поражение кожных покровов. «Даже в моей лаборатории, где он хранится в идеальных условиях при температуре -80°С, вирус постепенно теряет свои свойства с течением времени».

Что касается чумы, то хотя в СССР и рассматривали ее как основу для разработки оружия, ее бактерии до сих пор широко распространены в Центральной Азии — более того, число случаев заражения резко возросло после распада Советского союза. Так что все доказательства, которыми мы располагаем — это вымершая рыба и дохлые сайгаки. Да и то, всему этому вполне могли быть альтернативные причины.

Остров Возрождения — это слишком поэтичное название для того адского места. Остается надеяться, что патогенам на самом острове возрождение не светит.

Подготовила Евгения Сидорова

Хотите узнать больше о гражданстве за инвестиции? Оставьте свой адрес, и мы пришлем вам подробный гайд

Пожалуйста, опишите ошибку
Закрыть
Что происходит на рынке? Будь в курсе!
Только у нас бесплатные котировки и все финансовые новости в одном месте.
Закрыть
Спасибо за регистрацию
Поставь лайк, чтобы мы и дальше могли публиковать интересные материалы бесплатно