Венесуэла: 40 лет экономической катастрофы
Carlos Garcia Rawlins/Reuters
Главная Аналитика, Венесуэла

Экономическая катастрофа в Венесуэле — заслуга Уго Чавеса и его преемника Николаса Мадуро. Однако это не означает, что до них Венесуэла жила безбедно. Чтобы понять причины сегодняшних событий, нужно вспомнить историю Венесуэлы. В первой части мы рассказывали, что происходило в латиноамериканской стране в первой половине XX века. В этой обсудим, какие события второй половины прошлого столетия привели к нынешнему кризису.

Конец нефтяного бума

В 1970-е казалось, что Венесуэла будет бесконечно процветать благодаря высоким ценам на нефть. Карлос Андрес Перес, который тогда был президентом, в полной мере воспользовался обстановкой, чтобы воплотить в жизнь свою щедрую программу социальных расходов. Все завершилось крахом в начале 80-х, и Венесуэла столкнулась с тяжелым экономическим кризисом.

Луис Эррера Кампинc стал преемником Карлоса Андреса Переса. На президентском посту он понял, что Перес истощил бюджет страны своими расходами. Эррера говорил, что страна досталась ему в наследство «по уши в долгах».

Ирония в том, что, хотя Эррера был прав в своей оценке финансовой безответственности администрации Переса, он фактически продолжил политику своего предшественника.

Однажды боливар по праву считался одной из самых стабильных валют в мире, но он пал жертвой девальвации. Увы, администрация Эрреры ввела жесткий валютный контроль в попытке остановить утечку капитала. Контроль осуществлялся агентством под названием «Дифференцированный режим валютного курса» (RECADI) — тогда была создана многоуровневая система обменных курсов.

При последующем правлении Хайме Лусинчи эта система вылилась в громкие коррупционные скандалы, поскольку многие политики нашли способ на ней наживаться.

RECADI упразднили в 1989 году, однако впоследствии ему на смену пришли альтернативные системы обменных курсов, которыми заведовала Комиссия по валютному регулированию (CADIVI), а затем Национальный центр внешней торговли (CENCOEX) в период правления Единой социалистической партии Венесуэлы в 2000-х.

В целом, девальвация в Черную пятницу ознаменовала наступление потерянного десятилетия 80-х — это послужило основой для последующих девальваций, валютного контроля и безответственной фискальной политики.

МВФ приходит на помощь?

Распространение нищеты, рост внешнего и государственного долга, коррумпированные госкомпании и обременительные законы способствовали растущей социальной напряженности и экономическому спаду 80-х. Период процветания в Венесуэле теперь казался недосягаемым: нефть упала в цене и не могла прокормить страну в 1980-х.

Чтобы исправить ситуацию, нужно было провести болезненные бюджетные реформы.

По иронии судьбы, именно Карлосу Андресу Пересу, президенту-транжире, было поручено повторно управлять страной в эти нелегкие времена.

В 1988 году Перес провел кампанию, в которой обещал вернуть «золотую эпоху» 1970-х. Но заняв пост президента, Перес тут же понял, что Венесуэла находится на грани банкротства и искалечена чрезмерным вмешательством государства в экономику.

Под эгидой МВФ Перес предпринял вялую попытку реформировать нефтяное государство. Его реформы заключались в снижении тарифов, повышении налогов, ущербной приватизации и незначительных сокращениях расходов.

Ничего из этого в конечном счете не устраняло основных проблем в политике и экономике Венесуэлы: недостатки денежно-кредитной политики, огрехи в нормативно-правовой базе и укоренившийся клановый капитализм продолжали процветать.

Правительство Переса постепенное прекращало политику газовых субсидий — популярную социальную программу, в основе которой лежало поддержание искусственно низких цен на газ для бедных слоев населения.

Появление Уго Чавеса

Множество людей вышли на улицы и выступили против политики жесткой экономии правительства Переса. Это в конечном итоге привело к печально известному инциденту в 1989 году, когда столица страны Каракас была охвачена серией протестов, грабежей и беспорядков. Правительство подавило волнения силой — сотни людей погибли в ходе этой операции.

В разгар политического хаоса радикальные группы воспользовались ситуацией, чтобы завоевать популярность. Самой известной была группа подполковника Уго Чавеса, Революционное боливарианское движение — 200.

Чавес воспользовался политическим беспорядком и объединил антиправительственное движение в рядах венесуэльских военных. Это привело к неудачным попыткам переворота в 1992 году.

Несмотря на то что Чавес был заключен в тюрьму за попытку государственного переворота, он поставил под сомнение всю двухпартийную модель Пунто Фихо. В конце концов коррупционные скандалы и растущие социальные волнения свели на нет законность администрации Переса.

Последний гвоздь в крышку гроба действующего правительства был забит в 1992 году, когда Перес был отстранен от должности по обвинениям в коррупции, а дни «Пакта Пунто-Фихо» были сочтены.

Крах Пунто Фихо

Два попытки государственного переворота и импичмент Карлоса Андреса Переса ознаменовали начало лихих 90-х для страны. Венесуэла в период с 50-х до 70-х годов с ее экономическим процветанием и политической стабильностью осталась в прошлом.

К 1994 году модель Пунто Фихо развалилась, так как Рафаэль Кальдера стал президентом и привел к власти новую коалицию «Конвергенция», которая состояла из недовольных членов разных политических партий.

Рафаэль Кальдера не добился выдающихся результатов. Он следовал полумерам МВФ, не обращаясь к структурным проблемам, таким как приватизация нефтяной промышленности, задыхающаяся денежно-кредитная политика Венесуэлы и слишком тесные отношения большого бизнеса с государством. Кроме того, Кальдера помиловал Уго Чавеса в 1994 году, и тот снова смог выйти на политическую арену.

Из-за неудачных земельных реформ и жилищных субсидий, проводимых двумя крупными социал-демократическими партиями (Демократическое действие и КОПЕЙ) в предыдущие десятилетия, крупные столичные районы — Каракас, Маракайбо, Маракай и Валенсия — стали заселяться обедневшими венесуэльцами, которых становилось все больше.

Чавес успешно манипулировал низшими слоями общества, сделав их основной силой своей кампании по захвату власти. С его легкой руки Венесуэла радикально преобразовалась в полноценное социалистическое государство.

Провал социал-демократической эпохи

Результаты социал-демократического консенсуса оставляют желать лучшего. С 1958 по 1998 год ВВП на душу населения был ничтожным — 0,13%: это говорит о том, что население Венесуэлы росло быстрее, чем бюджет.

В своей книге «Введение в экономический рост» Чарльз Джонс назвал венесуэльский кризис «катастрофой экономического роста».

Венесуэла — одна из двух стран Латинской Америки, которая за 40-летний период показала отрицательный экономический рост. Другой была Никарагуа — страна, пережившая дорогостоящую гражданскую войну и находившаяся под властью социалистического правительства.

Чавес воспользовался этим застоем, развернув кампанию против действующей двухпартийной системы. Называя себя кандидатом «третьего пути», Чавес стремился найти альтернативу коррумпированной политической модели Пунто Фихо.

Несмотря на пламенные речи, Чавес окружал себя ожесточенными марксистами и прочими поборниками коллективизма, которые были одержимы идеей разрушить и без того хрупкий политический порядок в Венесуэле. Отдавая свои голоса Чавесу, избиратели плохо представляли, на что идут.

Чавизм: Интервенционизм во всей красе

Хотя Чавес справедливо указал на коррупцию и множество других недочетов политического порядка Пунто Фихо, он и при своем режиме не справился с ними, усилив пагубные последствия тиранией.

Валютный и ценовой контроль, экспроприации, финансирование затратных социальных программ за счет государственной нефтяной компании PDVSA — вот на чем держалась экономическая политики Уго Чавеса.

Кроме того, венесуэльские политические институты были разграблены, средства массовой информации подавлены, а права политических активистов ущемлены.

Чавес поднял бюджет за счет высоких цен на нефть в период с 2003 по 2010 год: полученные средства он использовал для финансирования своих социалистических схем и консолидации политической поддержки. Но как только цены на нефть упали, законы экономики взяли свое и система начала разваливаться.

Даже после смерти Чавеса в 2013 году установленный им тиранический социализм не ослабевал под властью его преемника, Николаса Мадуро.

Венесуэла, которую мы видим, — несостоявшееся государство. Она будто вернулась к раздробленности и политическому застою XIX столетия.

Время покажет, будет ли венесуэльская нация продолжать существовать как единое целое. Вполне возможно, что определенные слои решат проложить собственный путь, а это приведет к окончательному расколу.

Выводы

Если венесуэльцы хотят, чтобы их страна снова процветала, им следует оглянуться и понять причины нынешнего кризиса.

Весьма удобно винить только политиков и думать, что, когда правильные люди займут правильные места во главе государства, все будет прекрасно. Значимые события, подобные приходу к власти Уго Чавеса, не происходят просто так.

Проницательные политические наблюдатели должны анализировать верховные институты и политические решения, чтобы понять, почему такие люди, как Уго Чавес, занимают место у руля.

История Венесуэлы — предупреждение для многих европейских стран, где растет социальное недовольство. Рано или поздно неустойчивые системы обнаружат себя, стабильность закончится и начнутся беспорядки.

Бесконтрольный социализм создает только порочный круг интервенционизма, который ведет к еще большему хаосу и нищете. Чтобы добраться до света в конце тоннеля, Венесуэла должна полностью отказаться от социализма и встать на капиталистический путь к процветанию.

Подготовила Тая Арянова

Читайте также:

Хотите узнать больше о гражданстве за инвестиции? Оставьте свой адрес, и мы пришлем вам подробный гайд

Пожалуйста, опишите ошибку
Закрыть
Что происходит на рынке? Будь в курсе!
Только у нас бесплатные котировки и все финансовые новости в одном месте.
Закрыть
Спасибо за регистрацию
Поставь лайк, чтобы мы и дальше могли публиковать интересные материалы бесплатно